Вы здесь

Композитор Евгений Дога: "Как нам обустроить себя". Сеть сайтов образовательных учреждений. 24.10.2014

Евгений Дмитриевич Дога родился 1 марта 1937 года в Молдавии, в селе Мокра на берегу Днестра. Учился играть на виолончели вначале в музыкальном училище в Кишинёве (1951 – 1955), потом – в консерватории (1955 – 1960), а в 1965 году окончил консерваторию уже по классу композиции.

Ему принадлежат инструментальные квартеты, симфонии, кантаты; балет «Лучефэрул», мюзикл «Мария, Мирабела». Е. Дога широко известен как автор песен и музыки более чем к двумстам фильмам, в числе которых «Лаутары», «Табор уходит в небо», «Мой ласковый и нежный зверь», «Портрет жены художника», «Одиноким предоставляется общежитие», «Анна Павлова» и др. Им была написана музыка к открытию и закрытию Московской Олимпиады – 80.

В 60-е годы Евгений Дмитриевич преподавал в одной из кишинёвских музыкальных школ и в музыкальном училище. В 90-е годы, уже живя в Москве, выступал с детским ансамблем «Крылатские козявки» на телевидении, в Колонном зале, в Доме журналистов, в домах творчества.

Евгений Дога – народный артист СССР, лауреат Государственной премии СССР и множества международных премий. Живёт и работает в Москве.

Что играют музыканты в подземных переходах? На гитаре, на скрипке, на аккордеоне звучат обычно популярные классические мелодии или народные песни. Или музыку из кинофильмов – и тут лидирует вальс из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь». Помните эту романтическую мелодию, полную страсти, красоты и драматизма?

Иду на встречу с её автором, композитором Евгением Догой. Он очень охотно согласился поговорить о музыкальном воспитании дошкольников.

С Евгением Дмитриевичем сложно придерживаться задуманного сценария. Он листает журнал «Музыкальный руководитель», строго делает несколько замечаний, велит пока выключить диктофон и, не дожидаясь дежурных вопросов, начинает говорить о современном состоянии культуры. Довольно сурово говорит.

…Нам надо помнить о нашей национальной культуре. Это во-первых. А во-вторых, как мы учим детей? Сначала полгода учим ритм «две четверти». Учим, учим…А потом говорим: внимание, дети, это уже сложнее - «три четверти»! Мы настраиваем их на сложность, а для детей сложности нет, им всё просто…. Почему дети ходят на музыку из-под палки? Потому. Что мы, родители и учителя, их так настраиваем. Я уверен, что музыка должна восприниматься не сложнее, чем считалка. Как звуки алфавита. Как дыхание. Раньше это было так, заниматься музыкой было естественно, как ступать на правую и левую ногу поочерёдно, а не прыгать на обеих сразу! А потом кто-то решил, что музыку надо преподавать раз в неделю.

-В античности музыка была обязательным предметом всеобщего обучения. Не просто знание музыки, а умение играть на музыкальном инструменте. Помнится, даже Геракла этому обучали.

- Геракла обучали, а у меня в консерватории было два часа композиции в неделю и четыре часа политической экономии. Я не знаю, кто это делает, но боюсь, что это никто не изменит, так всегда будет.

А кто решил, что корень квадратный надо знать лучше, чем сонаты Бетховена? Я вот уже несколько десятков лет живу и не припомню, чтобы мне когда-нибудь пригодился квадратный корень или кубический. Наверное, это нужно. Для разминки мозгов. Но я думаю, что музыка шевелит наши души не меньше, чем физзарядка – мышцы. Думаю, что больше. Сколько раз я это слышал от разных людей. Человек лежит, прикованный к постели, живёт так годы  и мне говорит: «Ваша музыка помогает мне жить».

- Так что же делать, чтобы ребёнок не бежал от музыки, как чёрт от ладана?

- Детки, я уверен, если с ними правильно обращаться, с радостью будут общаться с музыкой. Для них мир только открывается, и нужно открыть его красиво. Всему живому присуще чувство красоты. И ребёнок, как цветок: к

нему надо прислушаться и вводить его в этот мир красиво. Надо не опускаться до его уровня, но понять его, проникнуть в его мир. У него ведь там чисто, просторно, как в храме, куда ещё никто не заходил. Там всё готово, там и иконы, и всё. Нужно только войти и зажечь свечку. Тогда засветятся иконы, запоют хоры…

- Вы работали с детьми?

- У меня были студенты и среднего звена, и высшего звена. Я вообще терпеть не могу педагогику, у меня просто другая направленность в жизни. Мне жалко тратить время, чтобы обучать других, когда мне самому надо обучаться. Всё время надо. Но это до тех пор, пока я не вхожу в аудиторию. Когда я вхожу к студентам, я преображаюсь: я попадаю в другой мир, очень мне интересный. И они тоже обожали мои лекции. Не потому, что я такой добрый, я  не добрый совсем, я очень строгий и у меня нет серединного варианта. Не понимаю я серединку, да и кто её выберет, серединку.

Так вот, я не просто учил ребят: «две четверти», «три четверти». Мы с ними вместе плясали, мы маршировали, мы пели – ходили по аудитории и пели в ритме два, в ритме три, в ритме четыре. И это не просто в сознание входило, это в плоть входило! Эту методику не я придумал, этим занимались и до меня. Но в основном почему-то принято так: я должен сидеть за столом, а студенты – за партами и не шевелиться!

…Может, я не великий специалист в теории, но я хорошо оркеструю (я этим зарабатывал, будучи студентом) потому, что я ухватил принцип взаимоотношения между звуками и их высотным соотношением, знаю, в каком регистре  звук надо уплотнять, в каком – разреживать. У меня три инструмента будут звучать, как целый оркестр. Звуки – как краски, они не должны замазывать друг друга.

- А Вы не пробовали писать творческие труды по обучению детей музыке?

- Почему не пробовал? У меня есть учебник, его изучают в училище. Два издания было.

- Но это не для дошкольников.

- Нет. С малышами я много занимался до недавнего, к сожалению, времени. У меня из подъезда малыши были, я их называю Крылатские козявки. Видел: ходят эти малыши, дошколята, без дела и пачкают стены. Я их собрал у себя, и стали мы по выходным разучивать песенки. Не потому, что у них был талант, нет, я их музыкальной грамоте не учил. Не та была задача. Я прививал им чувство достоинства и артистизма. Каждый человек должен себя чувствовать артистом. Артист – он и ходит иначе, у него осанка другая, у него другое мироощущение, художественное. Один очень хороший был мальчик - сейчас он уже большой, кавалер! -  пришёл ко мне во фраке и бабочкой. Так его мама одела. Слуха никакого, голоса никакого! Но сколько артистизма…Я его ставил впереди и говорил: открывай рот, только, ради Бога, не пой! Фальшивил ужасно… Но он чувствовал в себе достоинство. Вообще наблюдать за этими козявками – потрясающее удовольствие, эти 45 минут для меня были очень интересны. А потом – перерыв, все – на кухню! Там для них лежали конфеты, мигом всё сметали.

Хорошая была форма работы: и на концерты ездили, и в «Будильнике» выступали, и в домах творчества.

- Отчего же Вы перестали этим заниматься?

- Не вижу качества. Какие-то другие дети появились. Видимо, разучились хороших детей делать.

- Так уж и разучились?

- Ну, а что хорошего можно произвести с бутылкой пива в руках? Какие сейчас родители? Детишки, родители которых над их коляской курят и наливаются пивом, они будут задымлены, залиты пивом или, ещё хуже, водкой и умерщвлены. А воспитание? Дети ведь будут относиться ко всему так, как мы их настроим. Вот, к примеру, дочка наша (у нас одна дочка). Мы ей позволяли всё. Какой это был ужас то, что она слушала, весь этот тяжёлый металл!

- Вы что, слушали его вместе с ней?

- Я не слушал, зачем мне это слушать. Мы позволяли ей это слушать, но параллельно она ходила с нами в филармонию, ходила в оперный театр, занималась театром, занималась музыкой, хотя терпеть этого не могла.

- Как же Вы её уговаривали заниматься?

- Ну, насилия не было. Сколько могла, столько принимала. И весь этот хард-рок, вся эта дребедень быстро её покидали. Если бы мы запрещали, она бы всё бредила этими дурацкими идеями. А так – всё проходило…Мы просто давали ей возможность сравнивать одно с другим, пропускать через себя, и тогда человек начинает понимать: ага, оказывается, это не царапает, а это царапает. Это ласкает душу, а это – нет, это шершавит, а это – нет. Надо дать ребёнку самому всё оценить, но очень умно направляя – не дидактически, не роняя его достоинства. Ребёнок же очень  ранимый человек, у него всё чисто и всё оставляет след, поэтому нужно с ним очень аккуратно обращаться.

- С чего надо начинать знакомство с музыкой?

- С каждым – по-разному. У каждого же разные задатки. Сколько энергии в нём, какого она качества – всё это надо учитывать и понимать, что представляет собой ребёнок. Если он не тяготеет к звукам, не надо его насиловать, это его обидит, он почувствует свою несостоятельность, и это страшно. Человек должен чувствовать себя полноценным. Надо найти точки, в которых он будет звучать, сверкать, радоваться. Радость – главный элексир жизни.

Вот, например, едет машина – большущий фургон, у неё огромнейший бак. А у «Москвича» бак маленький. Но обе – машины, обе движутся, только одна будет делать 50 км в час, а другая 200. Так что разные люди по-разному движутся. Вот Александр Македонский почему рано умер? Он себя израсходовал, весь свой бак. В другой исторической формуле он жил бы дольше. А может, и нет, ведь не только количеством все измеряется, но и качеством тоже. Всё это сложно, но в общем, человек рождается с определённой энергетической массой.

- И как это определить?

- Никак это не определить! Он сам определяет. Тянется он к этому инструменту – надо дать ему возможность заниматься. Только если сам тянется, не из-под палки.

- А если он ленивый? И не хочет заниматься?

- Лень – это тоже свойство энергетической массы, это означает её нехватку. Когда эта масса мощная, её никакая лень не сдержит, лень ищет других клиентов.

- А как Вы вами к этому инструменту приблизились?(Киваю на пианино)

- Я – исключение, дело случая. Я не из музыкальной семьи. Я уверен, что мог бы рисовать, если бы меня учили, потому что я хотел рисовать. Музыкой я стал заниматься только в 13 лет, а профессионально – только после семилетки. Так что говорить о каких-то моих занятиях, о том, что я у кого-то там учился, - это неправильно.

   - Но ведь Вы не самоучка.

- А мог бы быть и самоучкой. Ломоносовы, Кулибины – есть такая порода.

Мне нравятся люди, которым ничего не нравится. Это люди, которые хотят преобразить мир, это их творческая основа. Если всё тебя устраивает, тогда

чего  ты сочиняешь?    Всё   до тебя   уже сделано, Бетховен всё написал. Но Бетховен был гением своего времени и занял свою нишу, и всё прекрасно.Но ведь      ещё  столько свободного места, которое никто не тронул! Дай Бог за миллиарды лет всё это охватить! Так что если б мне всё нравилось, я бы и не писал.

   - Значит, Ваша музыка – это попытка исправить мир?

   - Мой мир – здесь, вот в этих четырёх стенах. Нас всё время учили исправлять мир, обустраивать мир, и у меня самого масса песен на эту тему: «Мир спасём!» и так далее…Да не надо его спасать! Его губить не надо! Вот как с курением, зачем начинать курить, чтобы потом бросать. Зачем их лечить, этих молодых с пивом и сигаретами,  ихне надо заболевать! Надо убрать повод для болезни…А я, я занимаюсь обустройством себя.

   -Научите, как это делать?

- Читать. Слушать. Рассуждать. Я стараюсь быть в курсе всего, что делается вокруг.Если чувствую, что мне чего-то не достаёт, стараюсь это восполнить. Вот, по истории Средних веков, я знаю, у меня что-то упущено, я должен это восполнить.   Не   потому,   что     это    как-то     пригодится,   просто   чтобы почувствовать себя комфортно. Я  дважды  заканчивал  вуз, но чувствую, что мне многого не хватает из того, что нужно.

На журнальном столике лежат толстенные книги, на одной написано «Даки», на другой – «История Румынии».

- Мне нравится история, вернее, сами документы исторические, факты, по которым я уже вырабатываю своё понимание. Меня интересует та земля, на которой я родился.

Я стараюсь обустраиваться. Если я говорю, что не надо курить и пить, - в этом плане я уже обустроен. Если я против мата – а тоже обустроен.

   -Увы, мат сейчас считается почти нормой, на нём говорят.

- Меня не устраивает такая норма! Если бы шесть миллиардов людей обустраивали    бы   себя,   не  надо было устраивать бойни. Не надо было нападать на Испанию в 36-м году, не пришлось бы проучить Афганистан. Никого не надо учить. Посмотри в зеркало на себя!

Взгляд человека – это всё равно, что взгляд на мир. Он зависит от того, куда смотришь, как смотришь, что ты ищешь в этом мире. Если ты ищешь добро – будешь его в творчестве освещать, если что-то другое – то это у тебя и будет. Если я смотрю вам в глаза – я вижу одно, вижу свет. Если я буду смотреть пониже, да ещё с обратной стороны…

Евгений Дмитриевич сделал паузу, чтобы я яснее поняла, куда он будет смотреть – и я поняла. Как воспитанный человек, он не всё произносит вслух, но говорит очень доходчиво.

…то увижу что-то другое. И это тоже будете вы, это ведь не неправда, это тоже правда, но кому нужна такая правда?

   - Сейчас очень многие смотрят именно туда, куда Вы сказали. И пишут Правду!

   - Вот-вот. А природа же не случайно придумала глаза. Именно через глаза должны мы постигать человека, а не через другие точки. Именно через свет мы должны постигать мир. Мне говорят: «Какая у Вас музыка красивая!». Я и хочу, чтобы она была красивая потому, что гадости вокруг предостаточно, надо напоминать о том, что красота существует.

На окнах и за ними, на балконе, буйно растут цветы.

   - Это Вы за ними ухаживаете?

   -Я очень люблю цветы, они хорошо у меня растут. И я замечаю, что если в почве что-то не то, самые хорошие цветки могут погибнуть. То же и с детьми. Если в почве, в семье что-то не в порядке, у ребёнка начнутся отклонения. И отклонения, конечно, не вверх, а вниз: чтобы подняться на уровень глаз, нужны всё-таки усилия, а оставаться внизу легче. Но это только кажется, что легче. На самом деле, поднявшись вверх, ты дышишь свежим чистым воздухом, а внизу что? Остаётся только ползать и кусаться….

   - С кем и над чем Вы сейчас работаете?

   - У меня скоро будет концерт в прекрасном зале МГУ на Воробьёвых горах. Я очень люблю этот зал, там 2000 мест, и он красивее, чем «Россия». У меня там будет оркестр и исполнители, с которыми я в последнее время работаю. Я люблю всё красивое. У меня самые красивые певицы. Артистка, я уверен, должна понравиться залу до того, как откроет рот.

   - Интересно. А вот Алла Пугачёва – она красивая?

   - Здесь красота уже не играет роли, главное – быть живой. Мёртвая жар-птица никому не нужна, надо ещё уметь подать красоту, а для этого нужны мозги. Итак, талант + молодость + красота + мозги, чтобы эту красоту подать. Я стараюсь искать таких певиц и сам их готовлю. И не обижаюсь, если они потом начинают самостоятельную жизнь,, как Ротару, как Чепрага. Я был с ними столько, сколько чувствовал в этом необходимость. Сейчас у меня очень хорошая команда, но, к сожалению, она часто меняется, потому, что красивые девушки имеют дурацкую привычку выходить замуж!

   -Эта команда будет выступать в зале МГУ?

   - Да, там будут петь и играть пьесы для аккордеона. И детишки у меня в программах всегда присутствуют. В последний раз мои «Козявки» выступали в Политехническом. У меня и пьесы для них есть, только для начинающих. Так и называются: «Скрипунелла», для двух скрипочек. Ну, вы понимаете, они же больше скрипят, чем играют. И эти пьески они с удовольствием исполняют. Но детки тоже часто меняются, они имеют обыкновение вырастать.

   - Девушки замуж выходят, детки вырастают…Нет в мире постоянства!

   - Мне нравится, когда на сцене заняты все возрастные группы: от тех, кто только начал ходить, до тех, кто уже еле ходит. У меня разные программы: камерная музыка, вокальная, балетная, эстрадная. Оказывается, везде: от Кишинёва до Новосибирска находятся коллективы, которые танцуют или играют мою музыку.

   А детки…чем они хороши, знаете? Мы все страдаем, когда перестаём чувствовать себя детьми. Это качество надо в себе пестовать потому, что человек, который потерял в себе ощущение детскости, начинает сразу стареть. То есть перестаёт расти. Мне кажется, что ощущение ребёнка – это норма. И когда взрослые вдруг шалят по-детски – это тоже нормально. Вообще, естество – основа мироздания, и мы должны понять это и в него вписываться, а не бороться с ним.

Ну, хорошо я поставил точку?

   -Превосходно!  

Голованова Елена Николаевна                                       

24 октября 2014 г.

Сеть сайтов образовательных учреждений

 

1997-2017 (c) Eugen Doga. All rights reserved.